Пение в метро

Музыка в метро

Пение в метро

«Музыка в метро» — проект, который стремится обеспечить пассажиров московского метрополитена качественной живой музыкой.

«Музыка в метро» — это повышение музыкальной культуры людей и целого города, расширение музыкального кругозора пользователей общественного транспорта, улучшение комфорта и хорошее настроение при каждом спуске в Московский Метрополитен.

Кроме того, это прекрасная возможность для молодых групп и оригинальных уличных музыкантов выступить перед огромным количеством человек и найти своего слушателя, заявить о себе, обрести свой голос.

Пилотный проект «Музыка в метро» стартовал в Московском метрополитене 25 мая 2016 года. За время работы проекта состоялось более 1,5 тысяч выступлений разных жанров. «Музыка в метро» — это первый в истории страны проект подобного рода, получивший настолько масштабное развитие.

Он стал долгожданным событием для многих городских музыкантов, которые теперь могут официально давать концерты на специально организованных площадках.

Для большинства исполнителей такие выступления — это отличный шанс заявить о себе и своей музыке, получить поддержку среди пассажиров.

В 2017 году около 200 новых исполнителей смогут сыграть для широкой аудитории на 15 площадках Московского метрополитена.

Места для выступлений

Места для выступлений в метро выбраны с учетом соблюдения правил безопасности — они просматриваются с камер видеонаблюдения, не мешают проходу пассажиров.

А сотрудники Службы безопасности Московского метрополитена проконтролируют соблюдение правил пользования метрополитеном музыкантами и их слушателями.

В час пик выступления проводиться не будут: по будням музыканты будут выступать с 10.00 до 17.00 и с 20.00 до 22.00, по выходным — с 10:00 до 22:00.

Площадки расположены на следующих станциях:

  • «Маяковская»
  • «Выставочная»
  • «Курская»
  • «Достоевская»
  • «Боровицкая»
  • «Полянка»
  • «Китай-город» (Таганско-Краснопресненской линии)
  • «Театральная» (в переходе на Площадь Революции)
  • «Театральная» (в переходе на Охотный ряд)
  • «Охотный ряд» (в переходе на Театральную)
  • «Комсомольская» (в переходе с Кольцевой на Сокольническую линию)
  • «Комсомольская» (Кольцевая)
  • «Таганская» (Кольцевая)
  • «Пушкинская»/ «Тверская» (Объединенный вестибюль)
  • «Курская» (Переход с кольцевой на Арбатско-Покровскую линию)

Места для выступлений в метро оригинально оформлены и помечены яркими напольными стикерами.

Выступления музыкантов бесплатны, с них не взимаются средства за аренду площадок. На добровольной основе музыкантам можно оставить пожертвования, о чём пассажиров информируют таблички, размещенные рядом с музыкальными площадками.

При проработке вопроса легализации уличных музыкантов учитывался положительный опыт метрополитенов Барселоны, Берлина, Лондона, Нью-Йорка, Парижа и других городов, где выступления уличных музыкантов стали привычным явлением и к ним с одобрением отнеслись как горожане, так и работники транспорта.

Основные требования к нахождению на месте выступления:

2-часовой слот = время нахождения на точке: время подготовки, выступления и сбора после выступления.

В течение всего времени нахождения на месте выступления:

  • Музыкант обязан соблюдать действующие Правила пользования метрополитеном, а также иные требования регионального и федерального законодательств, ответственность за соблюдение которых закреплена Кодексом города Москвы об административных правонарушениях.
  • Все музыканты, инструменты и оборудование (в том числе, вспомогательное и аксессуары), емкости для сбора денег и другое имущество музыкантов должны находиться в отведенных границах точки.

Дополнительно в течение всего времени выступления:

  • При музыканте должна быть табличка в явном виде информирующая публику о бесплатности выступления и исключительно добровольном характере любых пожертвований.
  • Запрет на выступление «под фонограмму».
  • Запрещено повторять одни и те же произведения в течение одного выступления.
  • Музыкант обязан приостанавливать выступление по требованию сотрудников метрополитена.
  • Музыкантам запрещено подключение энергопринимающих устройств к электрическим сетям метрополитена.
  • Музыкантам запрещен доступ в производственные, служебные и иные помещения станций и объектов метрополитена.

Источник: https://transport.mos.ru/mostrans/special_projects/metro_music

Город как сцена: вся правда об уличных музыкантах

Пение в метро

В одном конце улицы компания рокеров распевает песни Цоя, через несколько метров пожилой мужчина играет на весьма экзотическом инструменте, а еще чуть дальше скрипачка исполняет классику так, что ничуть не уступает выпускникам престижных консерваторий (вполне вероятно, что она принадлежит к их числу). Центральные улицы Москвы и других мегаполисов немыслимы без уличных музыкантов, и, к счастью, «бродячие артисты» не остались в прошлом. Более того, круг талантливых исполнителей продолжает расширяться, и многие из них в последние годы даже приобрели вполне официальный статус.

О том, как живется уличным музыкантам в Москве, почему многие предпочитают выступления на Арбате концертам в клубах и где можно играть легально, не рискуя быть остановленным полицией – узнавала корреспондент «МИР 24».

«В меня бутылками кидали, говорили: «Уйди!»

Старый Арбат – настоящая Мекка для артистов самых разных жанров. Здесь музыка не смолкает никогда. Иногда ты просто проходишь мимо, кому-то кидаешь пару монет в кофр, а некоторые люди играют и поют так проникновенно, что ты невольно останавливаешься и слушаешь с замиранием.

Ксюша Курилко – одна из тех певиц, которые без труда собирают вокруг себя толпу. Девушке всего 23 года, но на Арбате она поет уже почти семь лет. В 17 Ксюша ушла из дома, чтобы жить самостоятельно, и начала подрабатывать пением и игрой на гитаре.

Девушка признается: когда впервые пришла на Арбат, знала всего четыре аккорда. Но страсть к музыке пересилила страх.

«Сначала, конечно, был страх, потому что тогда я, по сути, абсолютно не умела играть на гитаре и петь. Критики слышала очень много; бывало и такое, что в меня бутылками кидали, говорили: «Уйди!».

До 17 лет я с музыкой не имела вообще ничего общего. Но, конечно, я ее слушала, и меня всегда очень манила жизнь музыканта.

А когда я взяла гитару и поняла, что что-то у меня все-таки получается, я начала пробовать дальше», – рассказывает Ксюша Курилко.

Фото из личного архива Ксении Курилко

Семья сперва не одобряла такой образ жизни девушки, но позднее, когда Ксюша достигла заметных успехов в музыке и стала этим зарабатывать, родные изменили свое мнение и приняли ее выбор.

Услышав, как она поет, многие будут уверены: Ксюши брала профессиональные уроки вокала. Как ни странно, это не так: девушка – чистой воды самородок.

«Я никогда ни у кого не училась, – признается певица. – Просто я очень много слушала других людей.

Одно время я работала официанткой и баристой в разных барах, и последним моим местом работы был очень классный джазово-блюзовый бар «Массолит», где каждый вечер бывает огромное количество музыкантов. Естественно, я слушала их советы.

Со временем любую критику я стала воспринимать как уроки и начала пробовать на практике. Плюс, я пыталась дотягивать до любимых исполнителей, пыталась подражать их голосам. И со временем мой голос поднаторел, я научилась сама им «лавировать».

Ксюшу и ребят, которые играют вместе с ней, можно встретить в разных точках Арбата почти каждую неделю. Многие поддерживают ребят материально, но, безусловно, музыка не является для них полноценным источником дохода, а, скорее, помогает реализовать себя и привлечь новых слушателей.

«С одной стороны, бывают дни, когда я [благодаря пению] за день получаю больше, чем работая официантом. Но такие случаи редки.

 Тем более, исполнять каверы на Арбате – это, конечно, здорово и весело, но всю жизнь этим зарабатывать я не хочу. У меня есть четко поставленная жизненная цель: стать одной из самых знаменитых певиц.

И я не хочу стать ей благодаря каверам. Я хочу, чтобы люди слушали мое собственное творчество», – говорит Ксюша.

Фото из личного архива Ксении Курилко

«В заявлении написала: играла, чтобы купить шаурму»

Многие музыканты не ограничиваются игрой на улицах: людей с гитарами, усилителями и прочей техникой можно часто встретить в метро и электричках. Причем многие из них, как отмечалось выше – выпускники профессиональных музыкальных училищ, консерваторий и т.д., то есть настоящие профессионалы. А некоторые даже сами преподают музыку и пение.

Встреча с Варей Ворончихиной стала, пожалуй, самой неожиданной из всех, что когда-либо случались со мной в транспорте. Красивая девушка, исполнявшая кавер на песню «Zombie» группы The Cranberries, сразу привлекла мое внимание. Мы разговорились, обменялись контактами, а вскоре я узнала, что Варя – преподаватель вокальной школы в Москве.

Музыкой она занимается с раннего детства: впервые вышла на сцену, когда ей было всего пять лет. Варя – не единственный музыкант в семье. Ее мама преподавала в музыкальной школе, где девочка проучилась девять лет. 

«Впервые я выступила в электричке, когда мне было 19 лет. Повод был очень банальным – нужны деньги. Я поехала с подругой на Ярославский вокзал, оттуда и начались мои первые «гастроли». В первый раз у меня даже голова закружилась.

Было страшно, я очень плохо играла на гитаре, но вытягивала все вокалом. Несмотря на все мои страхи, поездка оказалась удачной, люди меня подбодрили. Некоторые подходили и говорили, что у меня хороший голос.

 Потом я несколько раз пела в переходе и на улице, но уже не аккомпанировала себе сама, и мне было намного легче с поддержкой», – рассказывает Варя.

Несмотря на то, что сейчас у нее есть постоянная работа в школе, Варя не перестала петь в поездах.

Эти мини-концерты помогли ей повысить уровень игры на гитаре и придали уверенности. Кроме того, каждая такая поездка приносит массу положительных эмоций.

«Большинство людей очень хорошо меня принимают и стараются поддержать. Недавно девушка подарила мне четырехлистный клевер. Это был один из самых приятных подарков, я ношу его в заграничном паспорте. Часто люди дают конфетки и всякие вкусности, если у них нет возможности поддержать другими способами. Такие знаки внимания самые приятные, ведь они – от души», – говорит девушка. 

Фото из личного архива Варвары Ворончихиной

Варя не скрывает, что пение в поездах является для нее не только полезной практикой, но и серьезным финансовым подспорьем.

«Несомненно, мне было бы очень трудно без такой подработки, – признается девушка. – У меня на работе все очень зависит от сезона. Я преподаю вокал в частной школе, и летом, когда люди уезжают в отпуска, с заработком становится туговато. Недавно у меня была самая финансово удачная поездка.

В день, когда я особенно нуждалась в деньгах, мне кинули пять тысяч. Это было самое крупное вознаграждение за все время. Я, честно говоря, не ожидала подобного, хоть и слышала от коллег, что такое бывает.

Хочу передать огромное спасибо тому молодому человеку! Приятно, что люди иногда оценивают мои старания так высоко!».

Несмотря на все плюсы и романтику такой жизни, ни для кого не секрет, что игра на улице и в других общественных местах часто оборачивается для музыкантов рядом проблем. Первая из них – это конфликты с полицией.

К сожалению, деятельность уличных артистов в России до сих пор четко не регламентирована, поэтому некоторых забирают в отделение, у кого-то даже конфискуют инструменты.

К счастью, в последнее время таких случаев становится все меньше.

«Честно говоря, с самой полицией в этом отношении проблем не было, – вспоминает Варя. – Когда мы играли в переходе с приятелями, к нам подходили полицейские и просили уйти. Возможно они были вправе нас задержать, но никогда этого не делали. Однажды нас все-таки задержали. Тогда мы играли и правда в совсем неположенном месте – в переходе, который ведет в метро.

Там нужно специальное разрешение. Нас снял на видео какой-то мужчина, привел полицейского. Нас отвели в отдел при метро и сперва хотели отпустить с предупреждением. Но парень, который нас заснял, не успокаивался: он настаивал, чтобы нас, правонарушителей, наказали.

Ну что ж, нам оставалось ждать, несмотря на то, что нам нужно было на работу, да и у сотрудников полиции могли быть дела поважнее. Часа полтора мы там точно просидели, насмотрелись на разных чудных людей, немного даже пожалели полицейских. Им приходится заниматься явно не той благородной работой, которую мы представляем.

Несколько раз перед нами оправдывались: мол, извините, мы бы вас уже отпустили, но вот тот парень вас снял, так что придется посидеть».  Закончилась эта история хорошо. Ребята хорошо пообщались с полицейскими, показали им видео со своих концертов, и некоторое даже подписались на их группу в социальных сетях.

«В итоге я получила свой первый административный штраф – сто рублей.

В заявлении написала, что исполняла песню группы Bullet for My Valentine, чтобы заработать себе на шаурму. Это единственный забавный случай с органами, в остальном мне пока что везет», – смеется девушка. 

Фото из личного архива Варвары Ворончихиной

«Жить стало легче, но конкуренция зашкаливает»

Так где же все-таки можно радовать прохожих своим творчеством, а где это запрещено? Об этом я расспросила лидера рок-группы «Акулы», активиста движения в защиту уличных музыкантов Олега Мокрякова.

«В 2014-2016 годах в Москве были две главные «болевые точки»: Никольская и Арбат. На Никольской в 2014 году изобрели (и продолжили в 2015-м) аресты по статье 20.2.2 КоАП (организация массового одновременного пребывания граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка – прим. ред.).

 На Арбате задерживали и отбирали документы по другой статье – незаконной торговле (статья 171 УК РФ – прим. ред.). Все остальные поводы, которые изобретались еще 10-15 лет назад, а-ля попрошайничество, уровень шума – это все просто фантазии.

Статьи за попрошайничество на улице у нас нет, статья за нарушение тишины и покоя граждан действует только с 11 часов вечера», – объясняет музыкант.

Олег и его коллеги запустили большую кампанию в защиту уличных артистов, и она имела успех. 

«Нас начали приглашать в разные высокие кабинеты, например, на круглый стол заседания Общественной палаты Москвы, – рассказывает Мокряков. – Результатом этих встреч стал проект по легализации уличных музыкантов в метро – «Музыка в метро».

 И спустя некоторое время появился еще один проект – «Музыка в городе», который сейчас переименовали в «Уличный артист».

«Музыка в метро» помогла многим артистам, которые теперь могут совершенно легально выступать перед тысячами людей, и ни один полицейский не сделает им замечание.

«В подземке музыканты были запрещены в связи с тем, что в метро действовал прямой запрет на получение какого-то дохода без официального разрешения.

Какое-то время в правилах даже запрещалась игра на музыкальных инструментах, но потом это правило убрали. То есть сейчас уличные музыканты, которые прошли отбор, могут играть на специальных площадках на законных основаниях.

Я считаю, что для музыки внутри метро достигнут очень серьезный прогресс», – утверждает лидер «Акул».

Фото из личного архива Олега Мокрякова

Конечно, здесь действует своя система отбора, и многие музыканты, которые не смогли пройти кастинг, продолжают выступать нелегально и часто подвергаются штрафам. На улице дела тоже обстоят не так просто.

«На Арбате, как и по всей Москве, есть точки, разрешенные для уличных музыкантов, – объясняет Ксюша Курилко. – Но, к сожалению, их [точек] очень мало, музыкантов много, а разрешенных площадок на каждую станцию метро, например, в центре – всего две. Там живая очередь, все на специальном сайте забивают себе место, иногда не успевают. Это очень неудобно».

Олег Мокряков отмечает, что, несмотря на трения музыкантов с полицией, которые до сих пор происходят в некоторых районах Москвы, жить уличным артистам стало гораздо легче. Но и число желающих поиграть на многолюдных площадках и завоевать внимание публики с каждым днем растет.

«Ребят, которые решили себя попробовать в уличной музыке, за последние годы появилось столько, что конкуренция просто зашкаливает. Резко у всех музыкантов снизился доход – не меньше чем в два раза. И теперь мои коллеги соревнуются друг с другом, как бы удивить публику, чтобы зрители остановились именно перед ним», – признается исполнитель.

Но, несмотря на все сложности, музыка продолжает звучать в самых разных уголках столицы, заряжая прохожих хорошим настроением на весь день.

«Вне зависимости от того, выступаешь ты на улице или где-то еще, будь ты музыкант или актер, ты в первую очередь зависишь от людей.

Если ты такой музыкант, слушая которого, люди останавливаются, а в помещении на твой концерт никто не приходит, это значит, что есть, куда стремиться.

Если ты действительно хороший исполнитель, которого люди знают, слушают, о котором ждут новости, тогда неважно – на улице или в зале, на тебя все равно придут и будут слушать», – уверена Ксюша Курилко.

Варя Ворончихина, которая совмещает игру в электричках с концертами в клубах, также не считает, что игра на улице – это что-то постыдное.

«Нет разницы, где выступать. Я считаю, что любой музыкальный опыт полезен. Хорошо, когда поддерживает и заряжает толпа, но два-три благодарных слушателя – это большая ценность! Люди, которые слушают, возможно и не подозревают, насколько они повышают настрой и помогают развиваться.

 Я настоятельно рекомендую всем, кто фыркает носом, глядя на людей, которые стараются достичь успеха нестандартными путями, вдохновляться, а не презирать. Я всегда восхищалась людьми, которые идут наперекор общественному мнению и добиваются своих высоких целей», – признается певица.

 

Источник: https://mir24.tv/articles/16371993/gorod-kak-scena-zachem-stanovitsya-ulichnym-muzykantom

Три истории музыкантов из метро — о своей работе и попытках её запретить

Пение в метро

Можно оставаться скептиком и считать, что метрополитен — лишь способ передвижения, но на самом деле подземка давно стала частью городской культуры во всем мире. Особенным метрополитен делают и художественное оформление станций, и его история, и манера поведения людей, и не в меньшей степени музыканты, которые там играют.

Формально игра на музыкальных инструментах в метро запрещена и наказывается штрафом до 500 рублей. Недавно губернатор Полтавченко предложил эти штрафы увеличить, так как музыканты в метро «мешают проходу пассажиров». Но вряд ли инициативы и попытки избавиться от музыкантов к чему-то приведут — они были как пять лет назад, так и сейчас.

Отношение к ним разнится. Пока одни достают телефоны и снимают происходящее на видео, вторые ищут мелочь по карманам и аплодируют, а третьи проклинают «этих лодырей и бездельников». Чаще всего музыканты остаются обезличенными и пропадают, как только вагон преодолеет расстояние от одной станции до другой.

Мы ничего о них не знаем и забываем, когда выходим на поверхность. Но как у всех людей, у них есть свои история и мотивация заниматься именно этим делом, а не «нормальной работой». Кем-то руководит коммерческий интерес, а кем-то — искреннее желание делиться своим творчеством — все мотивы разные и тем они интереснее.

«Луна» делится историями трёх музыкантов, несколько лет назад спустившихся под землю, чтобы исполнять музыку.

Почему от Восстания до Пушкинской люди радостнее, как глухонемые чувствуют музыку и почему играть в вагоне — это как быть у кого-то в гостях, — музыканты расскажут сами.

Олег, играет на джембе

К музыке я пришёл в 15 лет, когда попробовал играть на джембе. После этого потратил лето на раздачу листовок и купил первый барабан. С тех пор музыка — неотъемлемая часть моей жизни. А в метро первый раз я спустился пять лет назад, когда музыкантов было ещё немного.

Тогда я уже играл на улице и выступал с разными группами в клубах, так что просто сменил локацию. Первые полторы недели было страшно, что сейчас поймают и отвезут в отделение, отберут барабан и сообщат в университет. А потом как-то отпустило.

Но до сих пор, когда еду играть один, в первых двух вагонах трясёт от мысли, что делаю плохую музыку и мало чем отличаюсь от ребят, которые лупят в барабан один и тот же ритм весь перегон.

Около двух лет назад я играл на красной ветке, все шло стандартно: приветствую пассажиров, уточняю, нет ли тех, кто против музыки и начинаю играть.

Поезд тормозит, я беру шляпу, и тут ко мне подбегает девушка и начинает что-то совершенно нечленораздельно говорить и давать мне деньги. Я сначала опешил, но тут она показывает на уши, качает головой, стучит в грудь, указывает на мой барабан и улыбается.

И в тот момент я понял, что только что сыграл музыку так, что её услышали и почувствовали глухонемые.

Неприятные моменты тоже случаются, но довольно редко. Однажды, когда мы играли вдвоём с напарником, к нам подлетел разъярённый мужик, ударил по нашей шляпе, и вся мелочь разлетелась градом по вагону.

Он продолжал истерить, тогда мой товарищ встал, чтобы утихомирить его, а тот попытался его ударить. Уже вдвоём мы прижали его к дверям, старались объяснить, что он неправ, и тут один из пассажиров воскликнул: «Ребят, вот это шоу!» и положил тысячу рублей в карман моему напарнику.

Было забавно. А вообще я всегда стараюсь находить компромисс с людьми и до такого не доводить.

Для меня игра в метро — особый образ жизни со своими плюсами и минусами. Это и возможность заработать, и хобби, и попытка принести пользу для общества. Приятные эмоции вызывает, скорее, не сама игра в метро, а реакция людей. Ты входишь в вагон, играешь музыку и делаешь чей-то день лучше. Вместо унылого стука колёс люди слушают музыку и начинают улыбаться. Очень интересная вещь. 

А сама музыка — возможность показать то, что лежит внутри тебя, передать другому человеку своё состояние, зачастую даже без слов.

В понимании многих людей музыканты в метро — шантрапа и лодыри. Но вот только у нас получается от трёх до пяти концертов в неделю по несколько часов, после которых руки отваливаются, а ты еле до квартиры доходишь. А люди же видят нас в вагонах только радостными и весёлыми и не подозревают, что это серьёзный труд — как физический, так и эмоциональный.

Я честно не могу понять, что мы такого делаем, что с нами надо бороться, ловить и штрафовать — какие-то советские пережитки. Мы в культурной столице живём, и музыканты в метро — культурный код города, о котором ещё недавно так много говорили.

Безусловно, если нашу деятельность легализовать, то необходимо будет сделать предварительный отбор, чтобы отсеять некачественную музыку, выдавать лицензии.

В Европе уже давно существует похожая практика, и все счастливы, а у нас как обычно всё запрещают.

Сейчас мы с гитаристом играем песни Киркорова и Меладзе в фанковой аранжировке, получается просто огонь. А если я один, то играю хип-хоп вперемешку с драм-н-бейсом и этникой. В мире всё развивается, мы тоже меняемся.

Пять лет назад нас называли попрошайками, сейчас уже немного перестали, тогда и музыка была довольно плохая, а теперь все ребята гоняют с серьёзной аппаратурой и делают крутой звук.

Но Полтавченко не ездит в метро, так что он об этом не знает.

Стас, играет на гитаре

Чаще люди реагируют на нас положительно, поскольку мы стараемся играть как можно лучше и делать нашу музыку уместной и приятной для всех.

Я знаю много ребят, которые спускаются в метро исключительно ради денег и играют без энергии. Но люди чувствительны к фальши, тем более когда становятся зрителями концерта, на который не собирались идти.

Это, конечно, не значит, что мы не заботимся о деньгах, но нам достаточно того количества, в котором они к нам идут.

Пару месяцев назад был неприятный случай на фиолетовой ветке. В вагоне сидел мужчина лет на вид 45. Когда мы играли, он подошёл ко мне и вцепился руками в горло.

Каждый раз я убирал их, но он продолжал, поэтому я наблюдал за его остервенелым взглядом и включил режим «Роуэн Аткинсон» — невозмутимость на грани идиотизма в ответ на ещё больший идиотизм. Это было странно и смешно, особенно для других людей. Играя в метро, лучше не вступать с людьми в конфликты.

И мне нравится, что всё же есть люди, глаза которых полны доброты. Это именно те люди, которые видят музыкантов и слышат музыку, и именно те, за которыми будущее.

Играть музыку — значит, иметь возможность передать осмысленный интеллектуальный объект без использования речи.

Вообще мы замечаем очень интересные вещи — настроение людей на разных станциях отличается. Стоит вагону переехать станцию «Площадь Восстания» на юг, все расстояние до «Пушкинской» у них очень хорошее настроение.

Похожая ситуация происходит от «Петроградской» до «Сенной», а севернее или южнее этих отрезков люди становятся грустными и озабоченными.

Я не собираюсь выдвигать гипотезу, что метро оснащено какими-то устройствами для управления эмоциональным состоянием людей, как в «Обитаемом острове», но эти изменения настроения выглядят странно.

Я чертовски не переношу уныние в музыке и думаю, что если ты грустишь и испытываешь боль, то не стоит делиться этими чувствами с людьми через творчество. Я заложник одного стиля: фанк и диско. Люблю чистый новенький звук, отдающий старенькой хрипотой. Мы играем и свои, и чужие песни, а бывает так, что песня западает внутри, и единственное, что ты можешь с ней сделать, — сыграть.

Мне нравится играть музыку, не представляю себя без неё. В детстве я изучал игру на виолончели, после переключился на контрабас, бас-гитару и гитару.

Конечно, сейчас моя основная деятельность лежит в другой области, но мне кажется, что человек имеет возможность развиваться во многих удобных его духу сферах. Музыка — одно из дел, за которое я взялся, и мне интересно, что будет дальше.

Игрой в метро я занялся лишь для совмещения приятного с полезным, это для меня некий жизненный этап. 

Мы не предлагаем какие-либо услуги и, более того, не выставляем за них установленную стоимость. Мы ничего ни у кого не просим. Единственное, что мы нарушаем, — одну или две статьи из «Правил пользования петербургским метрополитеном», которые, кстати, из-за генетической бюрократии выдаются за сводку священных конституционных пунктов.

Анна, играет на флейте

Я занимаюсь музыкой с детства, когда родители предложили пойти в музыкальную школу, где мы выбрали флейту. Мой брат играет на гитаре, и в какой-то момент я начала выступать с ним на улице. А с наступлением зимы мы ушли в метро.

Я долго не могла свыкнуться с необходимостью спускаться в метро, мне было страшно, я считала, что в метро играют только непрофессиональные музыканты бомжеватого типа. Но я знала, что мой брат очень хорошо играет, и решила попробовать.

Оказалось не так страшно, а люди в метро очень доброжелательны и воспринимали нас положительно. Тогда близился Новый год, я предложила сыграть новогоднюю песню и взять флейту, потому что это довольно праздничный и яркий инструмент.

Мы нарядились с братом в белые рубашки и пиджаки, взяли новогоднюю атрибутику, выучили Jingle Bells rock и пошли. Так я начала играть на флейте в метро.

Я выстраиваю маршрут очень просто: езжу до шести станций подряд и обычно играю по три часа дважды в день. Одна из причин, по которой меня держит эта работа, — я сама себе принадлежу, когда хочу, тогда и работаю.

Иногда могу в один день играть час, а в другой — шесть. На одной неделе два раза, а на другой — пять. Всё нестабильно, и мне нравится, потому что когда жизнь постоянно меняется, ты начинаешь о ней задумываться.

Играю самое разное: современную музыку, хиты из 90-х, 80-х, музыку с джазовым уклоном или на восточный лад.

Мне нравится ощущать людей в процессе, наблюдать как у них меняется выражение лица. Я часто контактирую с людьми глазами, смотрю, чтобы их внимание не уходило. Всё-таки я делаю какое-то шоу и значит, несу ответственность за то, что происходит. Нужно не просто стоять столбом и отыгрывать, а переживать эту музыку и показывать настроение жестами или телом.

Вообще, я люблю метро за живую оценку — если людям нравится, они скажут и финансово отблагодарят, а если нет, то всё будет видно по лицу. Если бы я играла концерт в заведении, там бы все аплодировали в любом случае, потому что так принято, а в метро люди хлопают, только когда нравится. Я понимаю, что я не идеальна и есть над чем работать, и это круто.

Бывает, что хлопают целые вагоны. Всегда приятно и поднимает самооценку, когда понимаешь, что люди довольны. Ещё когда смотрят дети, сразу видно, что им искренне нравится, и они тебя эмоционально поддерживают — это даёт вдохновение и силы.

Был случай, когда я играла просто на автомате, без переживания. Но в тот день один парень попросил мои контакты, добавился в соцсетях и вечером прислал мне сообщение: «Вы не представляете, что произошло, когда я слушал вас.

Вы меня вдохновили тем, что вы столь смелая и выходите играть среди незнакомых классную музыку». А у него тогда были какие-то проблемы с работой, и я его вдохновила на то, чтобы стать смелее и делать что-то новое. Так интересно получается – ты вдохновляешь кого-то, а он тебя.

И ты вдохновлённый начинаешь играть, образуется интересный круговорот благодарности друг другу.

И плохие ситуации случаются. Но чаще даже не сама игра людям не нравится, а у них есть стереотипы, которые мешают им жить. Эти люди почему-то хотят сделать плохо окружающим, и ты попадаешь под прицел. Возможно, все негативные люди сами обижены и поэтому хотят обидеть.

Довольные жизнью не будут приставать и советовать устроиться на «нормальную работу». Болезненно подобное слышать, но когда переосмысливаешь — становится, наоборот, их жалко. Самое неприятное, когда называют попрошайкой, — такие люди вообще не думают, что говорят.

Когда я захожу в вагон, нет ни единого намёка на то, что я прошу денег. Я просто зарабатываю тем делом, которым владею.

, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://luna-info.ru/discourse/music-metro/

Ваши права
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: